Ушел из жизни Андреев Станислав Тихонович

 Ушел из жизни Андреев Станислав Тихонович. Это был мужественный человек, он во многом служил примером для всех, кто его знал.  В наших сердцах Станислав Тихонович навсегда останется с нами. Выражаем глубокие соболезнования родным и близким.

Публикуем последнее интервью, взятое у Андреева Станислава Тихоновича.

                                                                           /Блиц-интервью/

Какие Ваши любимые блюда и напитки?

- Борщ. Ну, была водка (смеется).

Какие качества в личности Вы цените больше всего?

- Честность.

Какой у Вас есть самый большой недостаток?

- Трусость. Есть определенная трусость в личных отношениях. Трусость. Боюсь, боюсь, боюсь. Это потом уже, когда сделаю, то думаю – что я наделал!

Что Вы больше всего цените в Ваших друзьях?

- Их не осталось. Простоту отношений. Непосредственность. То есть не то, что я должен обязательно вот так себя вести, вот так разговаривать, само собой складывается.

Что почитываете на досуге?

- Скорее всего, что-нибудь из 12-ти стульев.

Ваш любимый литературный герой или героиня?

А кто у нас герой? Героев нет. Сляпанные фигуры, вылепленные из глины.

 

 

Что хотелось бы изменить в жизни, если бы представилась такая возможность?

- Сразу могу сказать, что мне в жизни повезло. У меня была очень хорошая жизнь с точки зрения работы, с точки зрения денег, с точки зрения всего. Я бы ничего не хотел менять, если бы мне сказали – вот, тебе 20 лет, что меняешь? Да ничего. А самое веселое время, самое радостное время – это была война.

Почему?

- Потому, что я был в Москве. Родители работали, а мы были представлены сами себе. Мне было в 42-43-м 12 лет. Самое хулиганистое время – что хочешь, то и делай. И это время было самое веселое.

Кем мечтали стать в детстве?

- Ооо… Хороший вопрос. Мама мне как-то сказала, я ведь год пропустил, закончишь 7-й класс – я тебя кормить не буду. Я выбирал курсы типа училища, помощника машиниста дальнего следования. Мир посмотреть. Надо было сдавать экзамены, и надо было, чтобы платили стипендию. А у меня с русским языком совсем плохо было. Это сейчас я без ошибок пишу. А в это время шел набор в техникум, изложение. «На лугу паслись коровы». «Каровы» или «коровы»? «Стадо». И мне поставили 4. Так же, как я 3-й раз поступил в институт.

Мы же ничего не читали, ничего не знали. Это потом начали. Но, сказали бы мне, а какую специальность сейчас взял бы? Наверное, электротехнику опять же, и, наверное, медицину. У меня друг был, мы с ним кости изучали в 7-м классе и решили, что пойдем в медицинский. Но я не пошел. Потом он все-таки закончил, но он погиб в Афганистане.

Расскажите про время после войны, как жилось?

- В войну очень тяжело было, но ребятня пережила нормально. После войны начался голод. Кончилась война, 45-й год, что-то там по карточкам давали, каждые полгода добавляли денег, 50 копеек. Случайно поступил в техникум. В 50-м году я уже учился на втором курсе. На Соколе была речка – Таракановка. Я шел по мостику, посмотрел кругом, вытащил – и в промасленной бумаге свой ТТ бросил в воду. Я ведь не оставил его себе, а взял и все-таки сбросил. Я понимал, что этого держать нельзя.

В каком году окончили техникум?

- В 52-м году, присвоена специальность техник-электрик. У меня папа был осужден по 58-й статье – враг народа. После окончания техникума однокурсники получали должности конструкторов, технологов, а я пошел по рабочей сетке, в цех, хотя я и хорошо учился. Но я хочу сказать – даже это очень хорошо, что я прошел все рабочие специальности, то есть здесь, на заводе, я действительно стал профессионалом.

Какие советы можете дать тем, кто в начале своей карьеры?

- Я не встречал ни одного человека, который бы знал наверняка, что вот, он оканчивает, он будет инженер-технолог, химик. Все оканчивали, потом их постепенно жизнь выбирала. Надо любить работу свою. Ты устроился на работу – работай. Вникай, внимай, и, самое главное – не отлынивай. Не говори – это не мое. Берись, за все берись. Изучай. Вот у меня написана кандидатская по экономике. Правда, я не защищался. Но она написана у меня. Причем я ее написал случайно. Я был в институте, «Информэлектро». И мне как-то в Госплане сказали: «Привези материалы». Я привез, а они: «А вы давно защищались?». Я говорю: «Как защищались, я не защищался». «Нет, я понимаю, кандидатскую, а докторскую?». Кандидатскую не защищался. «Ты что? ! Докторская готова, вот она, на столе». Недаром я был председателем рабочей группы стран СЭВ по развитию товаров народного потребления. Но деньги за это я не получал, это была общественная работа.

 Никогда и никому в жизни ничего не уступал, какую бы должность человек ни занимал. И я никогда ни с кем не подличал.

 Возможностей было больше раньше или сейчас?

- Ни разу в жизни я не сходил ни к кому и не сказал: я – инженер, он – старший инженер, назначь меня старшим инженером. Или - у меня 110 рублей – сделай 120. В жизни никого не просил. Никогда, ни на какой должности. Принципиально не ходил. Поэтому как-то само собой получалось. Как пример: работал я заведующим отделом. Звонок. «Нужно срочно явиться на Арбат, дом 32. К Демичеву». Он мне предлагает должность главного инженера всесоюзного объединения. Попал я в какую-то струю – меня и назначают главным инженером. Но что я буду в культуре делать, что я понимаю? Меня купило что: кабинет 48 метров. Стоит японский автомат на 60 пластинок, черная волга и деньги, правда, не очень большие. Но я не просил. Я не могу сказать, что я бы, вот, изменил что-нибудь.

Когда Вы почувствовали себя настоящим профессионалом?

- Что такое профессионал? Я окончил электротехнику. Значит, нужно сказать: «Когда ты почувствовал себя настоящим электротехником?». Ну, наверно, когда я работал на электротехническом заводе МЭС № 1. Он был опытный. Каждые полгода менялась продукция, причем военная, интересная. Яузу кто начинал осваивать? Кто первый осциллограф на завод привез? Так получалось. И я стал что-то понимать.

Полным непрофессионалом я себя осознал, когда меня черт дернул попасть в Радиотехнический институт Академии Наук. Когда на первом совещании, а я сидел в дальнем углу – начали говорить про амплитроны... Я тут же пошел в институт – МИРА, я не сдавал экзамены, но я прошел весь курс. По крайней мере, знал, что такое «переход». Полным профессионалом я почувствовал себя на заводе.

Расскажите о Вашем участии в проекте советского андронного коллайдера.

- Я работал до этого в Радиотехническом институте Академии Наук. Работал по спецтехнике: ракеты, станции, обнаружения. Там ведь около Серпухова стоит этот ускоритель. А есть впрыскиватель, круг – и нужно впрыснуть электроны – 100 метров. И я был в бригаде, которая эту вещь отлаживала. Я знал, что это ускоритель. Я получил в жизни самую большую премию – 1700 руб. Я участвовал, я собирал. Как у нас собирают, так и там – все делали инженеры, тут же чертежи рисовали. Но сказать, что я что-то разработал, что-то придумал – такого не было.

Как смогли приобрести такой богатый опыт, чтобы все, за что ни взялись, получалось?

- Было оборудование – автоматическая настройка счетчиков, вот пришлось тоже сидеть на сборке, потому что людей не было. Потом я изучил этот счетчик вслепую. Он сложный, и в сборке сложный. Не было склада. Я организовал с карточками складское хозяйство. Занимался растомаживанием грузов. Чем только я ни занимался. И я все больше и больше приобретал. Но я никогда не отказывался ни от какой работы.

У Вас был принцип такой – взяться и сделать это?

- А интересно.

Боялись не справиться?

- Я ничего не боялся. Ну, не получится, не надо. А потом – люди-то, занимаются таможней? Были и ошибки у нас, ну и что.

Есть разница между современным инженером и инженером Вашего поколения, как технари, как специалисты?

- Прошлые технари имели более широкое образование, техническое и любое другое. Сейчас они имеют более узкую специальность. Научить современных ребят чему-нибудь сложнее. В то время технари имели более широкий диапазон знаний, но они не были глубокими. У американцев наоборот, есть специалист, и делает он вот отсюда и досюда - и лучше него никто не будет делать. А наш – освоит и будет не хуже. Вот разница.

Что Вам помогало преодолевать сложные периоды в жизни?

- А у меня не было сложных периодов в жизни. Нужно говорить конкретно: «А что такое сложный период, положим, примерно?»

 90-е годы?

- 90-е годы? /смеется/. Надо держать хвост трубой, в любом положении. Иванов у меня работал, мы с ним организовали ООО и стали торговать икрой и рыбой с Камчатки, нам привозили, а мы ей торговали. И когда я спрашиваю у своих: «Какие были золотые времена?» «Ой, говорят, это сейчас думаешь, что бы принести в гости, а то возьмешь – пару баночек сайры…».

Что Вам помогает оставаться таким же бодрым духом на протяжении стольких лет?

- Скалка (у жены) /смеется/. Такой характер, наверное. Я более веселый. Наверное, юмор. Очень люблю юмор, и рассказывать люблю. Надо оставаться оптимистом и не бояться никакой работы. Нам в наше время можно было не бояться трудностей. Жилье – я знал, что если не в этом году, то через пять лет обязательно получу. Сейчас есть определенные трудности. Сейчас жить молодежи очень трудно. Я все время переживаю за молодежь. Перспективы непонятны.

Станислав Тихонович, мы благодарим Вас за интересное интервью!

 

Автобиография Андреева Станислав Тихоновича